От него  в Роснефти будет  ровно  столько  же  толку, сколько от Медведева  в правительстве.

тихая, денежная, заширменная должность

Указ 1400
Герман Садулаев о том, как осенью 1993 года Ельцин отменил в России правовое государство
http://svpressa.ru/society/article/74568/

Тут Маруся и говорит: «Такое чувство, будто меня изнасиловали, и я даже знаю кто».
И здесь, мне кажется, Маруся жестоко ошибается!
 
Камрады.  Сегодня я почувствовал себя в 37 году.)))Протаскивал кабель знакомым к плите. "Что вы здесь делаете?" спрашивает соседка знакомого. ПОДРОБНО ОБЪЯСНИЛ.  "А у вас разрешение есть?" "У меня группа допуска есть. Я - электрик" - отвечаю А она:" Меня это не интересует!Разрешение есть? Я - член домового актива! Я разрешения не давала!" (С-ка упивалась своей маленькой властью!!) "А мне оно без надобности!" - отвечаю. И пока я продолжал заниматься делом - сбегала, привела здорового мужика - И СКРЫЛАСЬ ЗА ДВЕРЬЮ. Тот  стал орать о противозаконности усиления квартирной электросети !! Пришлось "послать"))) А было бы Сталинское время? - подумал - и настроение - В НОЛЬ! И ведь РУССКИЕ ЛЮДИ! ОБА! Нет, не в Витьке дело. Народ имеет именно ту власть, которой он достоин. Мне стыдно за такой народ.(((

     И вот процесс. В зале краевого суда человек пять со стороны иска, представитель Витька, - Сл-ов, судья Бар-ш, похожий на бича с помойки простывший неопрятный прокурор с майорскими погонами и я, присевший в сторонке.  Около тридцати стульев в зале остаются свободными, но ни публики, ни прессы, ни какой-то «городской общественности».  Я еще тогда подумал: «Странно, если я, простой прохожий, про это знаю, то почему не знают журналюги? Наверное,  прикормленным приказали не высовываться, а тех, кто независимые предупредили, что в этот раз будут бить больнее, может быть даже до смерти».
 
      Процесс начинается. Идет представление сторон. К сожалению, все фамилии я не запомнил, да это и не столь важно, важно как был в зале  судебных заседаний  представлен ответчик: «…глава администрации  края и его законный представитель, начальник юридической службы администрации  края».  Судья, представляя Сл-ова, читала доверенность, при этом она назвала его должность и должность ответчика, который эту доверенность подписал. Кто заверял её, нотариус или какой-то ответственный деятель краевой администрации сказано не было. Затем зачиталось исковое заявление, из которого следовало, что житель города, некий гражданин И., будучи кандидатом на пост главы региона, злоупотребив своим служебным положением главы администрации края, использовал в предвыборной  агитации  то, о чем простой кандидат не смел  даже мечтать. В результате таких вот его некрасивых манипуляций, Витек, по мнению истца, в очередной раз сохранил свою должность, поэтому, представляя в суд солидную доказательную базу вины, истец просит признать итог выборов незаконным и, соответственно,  его отменить.
 
     Все дальнейшее напоминало игру в пинг-понг. Сторона иска представляет сравнительные расчеты между кандидатами Витей и Светой:
 
-Вот, ваша честь, он практически не сходит с телевизионного экрана, с газетных и журнальных страниц, постоянно глаголет в радиоэфире. То он открывает «Дом ветеранов», то какую-то новую производственную линию, то выступает перед воинами,  а то с умным видом учит фермера как картошку сажать, везде развешана дорогостоящая полиграфическая продукция с ликом. А где другой кандидат?  Почему её «затерли»?  На что Сл-ов, резонно так, солидно отвечал:
 
  - Никто ее не «затирал», иначе бы она сама обратилась в суд. Её молчание доказывает то, что ответчик победил честно и к нему не может быть претензий. Что касается вашей сравнительной арифметики, это легко объяснимо тем, что он накануне выборов был действующим главой администрации края, публичной личностью. Мы живем в демократической стране и СМИ вправе освещать деятельность любой публичной личности, тем более, народного избранника. Никто не вправе запретить журналистам свободно делать свою работу, поэтому все претензии к ним.
 
     Истцы о фальсификациях на избирательных участках, Сл-ов о том, что существуют официальные протоколы с этих участков и им больше веры.  Истцы трясут своими бумагами, Сл-ов своими. Все вроде бы правы, но друг с другом не соглашаются. Затем появилась девочка из краевой избирательной комиссии, она сбивчиво зачитывает какую-то серьезную бумагу, из которой следует, что заявление истца, это то, к чему нельзя относиться серьезно.